?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry



Впервые они встретились в доме Марго на Терлоу-Плейс, куда Нуреев приехал сразу из аэропорта. Первое время Рудольф держался напряженно и скованно, Марго всячески старалась развеселить его и почувствовала невероятное облегчение, когда он наконец улыбнулся какому-то ее замечанию.

— Я и не знала, что русские умеют смеяться, — сказала она ему, — когда мы были на гастролях в России, все русские казались ужасно серьезными.

Марго Фонтейн к тому времени было сорок два года, Рудольфу Нурееву двадцать три. Они были как черное и белое: он — взрывной, неуравновешенный, совсем не похожий на вежливых и галантных партнеров, с которыми довелось танцевать Марго. Она — выдержанна, степенна, усмиряющая его нервные срывы. Его безудержной энергии хватало на них обоих.

Жаклин Кеннеди, присутствовавшая на спектакле ‘’Жизель’’ вспоминала: ‘’Такой овации Британия еще не видела. Фонтейн и Нуреева вызывали 30 раз, они кланялись более 45 минут. Руки у людей распухли от аплодисментов. Глядя на них, можно было компенсировать упущенных Нижинского и Шаляпина. Это было одно из сильнейших художественных впечатлений в моей жизни…’’

Отец Тито какое-то время был президентом Панамы и тот серьезно готовился к политической карьере. Все остальное, и в частности — влюбленная юная балерина, имело для него мало значения... В антракте джентльмен стоял у дверей ее гримерной. Тито постарел, потолстел и подурнел, он уже совсем мало походил на того мальчика, в которого Марго влюбилась много лет назад. Они мило побеседовали, расстались — и Марго тут же выкинула его из головы. Но уже на следующее утро Тито разбудил ее и напросился на завтрак, во время которого попросил ее стать его женой. Марго расхохоталась. Она сочла это шуткой, очень странной и глупой шуткой – Тито был женат, у него было трое детей, а потом… они не виделись семнадцать лет! Это много, слишком много! За это время они стали друг другу абсолютно чужими. Тогда – семнадцать лет назад – Тито держался с ней довольно холодно, Марго так и не смогла понять, как же он относится к ней на самом деле, теперь вдруг он стал словно одержим ею…

Он осыпал ее цветами, дарил бриллиантовые браслеты от Картье, готовясь к приему, который устраивал в ее честь, он разослал каждому гостю телеграмму в тридцать слов. В Лос-Анджелесе он пытался произвести на нее впечатление своими друзьями, знаменитыми актерами, один из которых одолжил им свой корабль для путешествия на остров Каталина. К Рождеству Марго согласилась выйти за него. Многие ее друзья и знакомые полагали, что она совершает безрассудство, но это было не так. Марго никогда ничего не делала безрассудно. Ей было 36 лет, карьера клонилась к концу, и какой могла бы стать ее жизнь спустя каких-нибудь пять лет? Пустой, серой и ничем не примечательной. Зрители забыли бы ее, критики забыли бы ее, Марго Фонтейн ушла бы в историю. А с Тито… У Тито было множество недостатков, но с ним всегда было весело. Он легко умел превращать серые будни в праздник, когда он появлялся, все оживало, все приходило в движение.

В июне 1964 года Марго готовилась к ежегодному музыкальному фестивалю в городе Бате, как ей сообщили, что в Панаме ранен ее муж. Когда она вошла в палату мужа, то испытала самый настоящий шок: Тито лежал привязанный к какому-то узкому столу, он был парализован и не мог даже пошевелить головой. В отверстие в его горле была вставлена трубка, через которую он дышал, внутривенно ему вводили лекарства и глюкозу. После ранения Тито остался до конца жизни полностью парализованным и лишенным речи. Марго ухаживала за ним 25 лет.

В завещании Марго просила похоронить ее не в Вестминстерском аббатстве – как гордость Англии, – а на кладбище города Панама, в ногах у мужа. Ее памятник – самый маленький на этом кладбище.